Сборная России по футболу
 

Главная
Матчи
Соперники
Игроки
Тренеры

 

ИГРОКИ

Арминас НАРБЕКОВАС

Арминас Нарбековас

Нарбековас, Арминас Андреевич. Нападающий. Заслуженный мастер спорта (1989).

Родился 28 января 1965 г. в г. Гаргждай (Литовская ССР).

Воспитанник спортинтерната г. Паневежис (Литовская ССР). Первый тренер — Витаутас Блинструбас.

Выступал за команды «Жальгирис» Вильнюс, Литва (1983–1990), «Локомотив» Москва (1990), «Аустрию» Вена, Австрия (1990–1996), «Адмира-Ваккер» Мёдлинг, Австрия (1996–1998, 1999–2000), «Санкт-Пёльтен» Санкт-Пёльтен, Австрия (1998–1999), «Хундсхайм» Хундсхайм, Австрия (2000), «Винер Шпорт-Клуб» Вена, Австрия (2001–2003), «Уайт Стар» Вена, Австрия (2003), «Блау Вайс» Гросвайкерсдорф, Австрия (2004–2005, 2008).

Чемпион Австрии 1991, 1992, 1993 гг.

Сыграл 7 матчей, забил 2 гола за олимпийскую сборную СССР*.

Олимпийский чемпион 1988 г.

Главный тренер клуба «Блау Вайс» Гросвайкерсдорф, Австрия (2004–2005, 2008). Главный тренер клуба «Жальгирис» Вильнюс, Литва (2006–2007). Главный тренер клуба «Донау» Вена, Австрия (2009). Главный тренер клуба «Банга» Гаргждай, Литва (2009–2012). Ассистент главного тренера в сборной Литвы (2010–2011). Главный тренер клуба «Спартак» Юрмала (2012). Главный тренер молодежной (U-21) сборной Литвы (2013–2015).

*  *  *

ТАК ЧЬЕ ЖЕ БЫЛО ПИВКО?

Вы не поверите — он до сих пор играет! Его партнеров давно раскидало по разным берегам — одни на тренерской скамейке, другие в коммерции, кто-то служит в ГАИ или на заводе. И только он по-прежнему в строю, пусть и в низшей австрийской лиге. Несмотря на свои 39. Единственный из тех, кто в 88-м выиграл последнее для нашего футбола олимпийское золото.

Осенью на банкете после товарищеского матча, посвященного 15-летию победы сборной СССР в Сеуле, Нарбековас был, пожалуй, самым элегантным. Костюм с иголочки, начищенные до блеска туфли. В уголке рта тонкая сигара, в руке — бокал вина. За версту видно — иностранец! Правда, без знаменитых франтоватых усов смотрелся непривычно.

— Первым делом в Москве меня ребята спросили: «Арминас, где твои фартовые усы?» — хохотнул Нарбековас. — Почему фартовые? Так ведь я с ними со сборной Олимпиаду выиграл, с «Жальгирисом» — бронзу… Но лет пять назад сбрил.

Для человека, не появлявшегося в России с осени 1990 года, по-русски он говорит отменно. Даже, как ни странно, без фирменного прибалтийского акцента.

— Как я мог забыть язык, на котором столько лет общался и в клубе, и в сборной? — искренне удивился он. — Да и в Австрии есть с кем попрактиковаться — мы очень сдружились с Сергеем Шавло, который лишь в прошлом году в Москву вернулся, перезваниваемся с Сашей Метлицким. Русский язык для меня такой же родной, как и литовский.

СУПЕРКЛУБ ИЗ ГАРГЖДАЯ

Вообще-то никакой он не Нарбековас. Его отец, татарин Андрей Нарбеков, капитан Советской армии, после Второй мировой громил в Прибалтике отряды «лесных братьев». Женился на литовке, да так и осел в деревушке Гаргждай, что почти в двух десятках километров от Клайпеды. У Нарбековых было восемь детей. Арминас — младший. Они долго носили фамилию отца, но со временем все-таки добавили к ней литовское окончание «ас». «Чтобы жилось полегче», — объяснил Арминас.

— Когда я появился на свет, двух братьев уже не было. Оба умерли совсем маленькими. Первый воспаление легких подхватил, второго в песочнице задавила машина. Водитель грузовика во дворе сдавал назад и малыша не заметил… Мы росли вшестером — сестры-двойняшки, с которыми у меня разница 18 лет, и четыре брата. Недавно, к сожалению, еще двоих потеряли. Одному 50 было — рак. Другому 44 — попал тромб в легкое… Оставшаяся родня до сих пор в Литве живет. Сестры уже на пенсии, как и мама, которой в следующем году исполнится 80. А брат работал врачом, но неожиданно забросил медицину и стал священником.

В детстве Арминас мечтал о карьере хоккейного вратаря, чем ставил в тупик окружающих. В Литве-то в отличие от соседней Латвии хоккея отродясь не было. Зато был баскетбол. Да какой! Среди литовских мальчишек забрасывать мяч в кольцо во все времена считалось занятием намного более увлекательным, чем пинать его ногами.

Нарбековас — не исключение, однако на фоне баскетбольных Гулливеров при малом росте чувствовал себя довольно неуютно. А вот в футболе дела сразу пошли веселее. Играть, правда, пришлось в команде с мальчишками на три года старше. Другой в Гаргждае тогда просто не было.

— Так продолжалось пару лет, а потом тренер говорит: «Придешь в школу — собирай ребят своего возраста. Будем футбольную команду создавать». Я привлек всех одноклассников и друзей, которые умели попадать по мячу. Это нынче Гаргждай имеет статус города и примерно десять тысяч жителей. А в те годы обычная деревня была. Тем не менее вскоре в Литве мы не знали себе равных. Выигрывали все турниры. В том числе зональный этап «Кожаного мяча», после которого отправились на всесоюзный финал в Запорожье. Заняли там второе место. В решающем матче с кошмарным счетом 0:7 уступили армянам. Потом большинство из них я встречал в юношеской сборной СССР. Играли они за 1963 год… В то время такие фокусы, особенно в южных республиках, были в порядке вещей.

ЗА ЧЕСТЬ ЛИТВЫ

— В 12 меня пригласили в Паневежис, где открылся первый в Литве спортинтернат. Отец, человек строгий, на прощание сказал: «Смотри, сынок, уедешь — назад дороги нет. Ты должен дойти до конца». Я кивнул. Однако через год страшно затосковал по дому и уже готов был послать все к черту. Но поддержки у отца не нашел: «Как же так? Ведь ты пообещал мне, что пойдешь до конца». — «Хорошо, папа, — вздохнул я. — Будь по-твоему»… Сейчас, конечно, ни о чем не жалею. Интернат многое мне дал. У нас был замечательный тренер — Витаутас Блинструбас. Всего за полгода деревенским ребятам вроде меня он ставил такую технику, что отнять мяч было невозможно. Пока у детей подвижные кости, так и нужно делать. В Паневежисе меня Беньяминас Зелькявичюс и приглядел.

В 83-м они дебютировали оба. Нарбековас — в «Жальгирисе». «Жальгирис» — в высшей лиге. Литовский клуб, никогда звезд с неба не хватавший, сенсационно завершил первый круг во главе чемпионата. И хотя к финишу в итоге прикатил пятым, с той поры в Союзе с ним считались уже все. А 18-летний Нарбековас отметил голом уже третье появление на поле и, минуя дубль, с ходу закрепился в составе.

— Главная сила «Жальгириса», на мой взгляд, заключалась в том, что он на сто процентов состоял из воспитанников республики. Мы не только за деньги играли, но и за честь Литвы. Новички в команду вливались органично, им не надо было привыкать к нашему менталитету, традициям. Между молодежью и «стариками» не существовало, как часто бывает, большой дистанции. И потом, не забывайте, у нас был Зелькявичюс…

С Зелькявичюсом «Жальгирис» прошел путь от захолустного коллектива второй лиги до бронзового призера высшей — редкая тренерская удача. В команде его обожали и доверяли безгранично. Бывало, нарушив режим, игроки сами во всем признавались! И если на результате это не отражалось, тренер ограничивался внушением.

— Про таких специалистов говорят — великолепный психолог. Зелькявичюс к любому футболисту мог найти подход. Поверьте, я немало тренеров повидал, но никто не умел настраивать на матчи так, как Бен Викторович. Уверен, без него «Жальгирис» не взлетел бы так высоко. А для меня он вообще был как второй отец. В 18 лет пригласил в команду, сразу начал доверять. Вспоминаю, как возвращались мы однажды домой на чартере из Москвы после победы над «Динамо». Я уже давно курил, что для тренеров, естественно, секретом не было. И вот выхожу тихонечко в багажный отсек с сигаретой, а навстречу стюардесса. Покосилась недобро и говорит: «Если тренер разрешит — пожалуйста». Тогда я подошел к Зелькявичюсу и прямо спросил: «Могу сигарету выкурить?» — «Да, — невозмутимо отреагировал он, — только другим игрокам не рассказывай»… Даже покинув «Жальгирис», мы с Зелькявичюсом продолжали общаться. Когда он в Австрию приезжал, непременно гостил у меня. Жаль, в последние годы немного подрастеряли контакт.

ПРИБАЛТИЙСКАЯ БРАЗИЛИЯ

Литва всегда бредила «Жальгирисом». Правда, баскетбольным. Футбольный же тезка находился на положении бедного родственника и мало кого интересовал. Однако в середине 80-х на Иванаускаса и Нарбековаса народ повалил, как на Сабониса с Хомичюсом.

Болели за «Жальгирис» отчаянно. Зелькявичюс, помню, рассказывал: «Наши поклонники одними из первых в Советском Союзе стали приходить на стадион с флагами. Несмотря на то, что милиция таких смельчаков гоняла нещадно. А после победных матчей болельщики, размахивая полотнищами и горланя песни, устраивали массовые гулянья по городу. Чем приводили в восторг заезжих тренеров. «Бен, — говорили они мне, — да у вас здесь настоящая Бразилия!»

В сезоне-87 «Жальгирис», постоянно маячивший возле пьедестала, наконец-то сумел на него шагнуть. Первая в истории клуба бронзовая медаль могла стать и серебряной, если бы в ключевом матче на выезде удалось сокрушить «Днепр». Но «Жальгирис» оступился и пропустил конкурента вперед.

Был у этой игры и иной, не менее захватывающий сюжет. Почти весь чемпионат Нарбековас лидировал в споре лучших бомбардиров. А Олег Протасов его догонял. Перед очной битвой в Днепропетровске, которая для «Жальгириса» венчала сезон, у Нарбековаса набралось 15 мячей. У Протасова — 14 плюс матч в запасе.

«Днепру» Нарбековас забил гол. Протасов ответил двумя, восстановив паритет. А в следующем туре, сотворив второй дубль подряд, праздновал викторию в бомбардирской гонке.

— Олег играл чистого форварда, а меня Зелькявичюс уже назад оттянул. То в центре полузащиты действовал, то на фланге. Это, считаю, все и предопределило. Но, ей-богу, расстроился несильно. Не до этого как-то было. Мы впервые пробились в призеры, что, согласитесь, гораздо важнее. Литва от радости стояла на ушах. И то, что до второго места не дотянули, тоже воспринял спокойно. Бронза в тот момент была для нас предел. «Днепр» помощнее банду собрал. Одни Протасов с Литовченко чего стоили.

Ярких матчей в том году «Жальгирис» выдал немало. В Вильнюсе приложил 5:2 будущего чемпиона — «Спартак», омрачив дебют Черчесова. А чуть позже московскому «Динамо» четыре безответных мяча вколотил. Нарбековасу, однако, больше всего запомнилась игра в маленьком грузинском райцентре Ланчхути.

— Местной «Гурии» грозил вылет, и цеплялась она до последнего. Но и для нас каждое очко было на вес золота. Вернее, бронзы… Едва в Ланчхути прилетели, хозяева без обиняков заявили: «Вот вам, дорогие, деньги — мы должны выиграть». Наши, разумеется, ни в какую. «Что ж, — раздается флегматичный голос, — тогда мы их судье отдадим». Вот тут уже всерьез призадумались. Ситуация безвыходная. Пришлось грузинских товарищей обмануть. Ну, а что нам еще оставалось? Сказали, что принимаем их условия, но сами решили играть. И на следующий день грохнули «Гурию» — 2:0.

— И как, интересно, вы оттуда потом выбирались?

— После матча кирпичи на стадионе час летали, а мы в раздевалке сидели, ждали, пока все успокоится. Увозили нас в аэропорт под прикрытием десятка милицейских машин. К счастью, для «Гурии» это был последний сезон в высшей лиге… С Ланчхути и другой малоприятный эпизод связан. Летели туда на игру, и у самолета возникли неполадки. Вдобавок была плохая погода, поднялся сильный ветер, который начал швырять наш маленький самолет. А кругом горы. Ужас! Рядом со мной батюшка в рясе сидел. Когда он начал лихорадочно креститься и читать молитву, все уже готовы были с жизнью попрощаться. Обошлось… Летчик потом признался нашему администратору: «Мы в рубашках родились».

ЗАГРЕБ — СЕУЛ

Помимо бронзы все в том же 87-м футболисты «Жальгириса» стали еще и победителями Универсиады, которая летом проходила в Загребе. Составить сборную СССР целиком на базе литовской команды решили по двум причинам. Почти все игроки «Жальгириса» были молоды и учились в институтах. Кроме того, им не надо было сыгрываться. Дома остались лишь три аксакала — Юркус, Якубаускас и Мацкявичюс, которые даже на «вечных студентов» никак не тянули.

В первом же матче литовским орлятам Зелькявичюса неожиданно подрезали крылья корейцы — 3:2. Ввиду чего в заключительном туре для выхода из группы требовалось одолеть сборную Бразилии. Да не просто — а с разницей в пять мячей! Задача при любом-то сопернике не из легких. А тут бразильцы. Пусть и со студенческим билетом…

К перерыву наши вели всего 1:0. В раздевалке Зелькявичюс обратился к защитнику Сукристову, которого отличали удивительное хладнокровие и умение подключаться в атаку: «Слава, иди вперед и даже не думай возвращаться назад. Рискнем». И во втором тайме земляки Пеле дрогнули. Два хет-трика — Нарбековаса и Сукристова — открыли литовцам, казалось, наглухо заколоченную калитку в четвертьфинал.

— Я бы не стал называть это чудом. Все-таки в отличие от Олимпиады нам противостояли не Ромарио, не Бебето и не Таффарел. Бразильцы, конечно, есть бразильцы, но эти уж какие-то совсем «карнавальные» попались.

В финале литовцев поджидала старая знакомая — сборная Южной Кореи. Расквитались за нанесенную обиду убедительно — 5:0! О том, какое значение в республике придавали успеху на Универсиаде, говорит хотя бы тот факт, что ночью в аэропорт Вильнюса команду примчались встречать несколько тысяч человек. С цветами и оркестром. Госкомспорт СССР всем игрокам присвоил звание мастеров спорта международного класса.

А через год — Сеул. Нарбековас отыграл там все 6 матчей и стал одним из героев полуфинала, забив в дополнительное время победный гол итальянцам. Мало кто знал, что Олимпиаду Арминас мог и пропустить. Причем из-за чудовищной нелепости.

— В разгар отборочного цикла олимпийская сборная отправилась на зарубежный турнир. Вечером ужин в гостинице. Шведский стол. Я поставил тарелку на свободный столик и пошел за соком. Через минуту возвращаюсь и с изумлением нахожу рядом со своей тарелкой бокал пива. Оказалось, кто-то из постояльцев отеля тоже за этим столиком решил присесть. Налил себе пиво и пошел за едой. И в это мгновение, как назло, в дверях показался Бышовец: «Ну что, Норбик, пивко потягиваешь?» — «Это не мое». — «Да?» — саркастически ухмыльнулся Анатолий Федорович. Было видно, что мне он не верит. Признаться, в более идиотское положение никогда не попадал… В итоге на отборочные матчи меня больше не вызывали. Лишь незадолго до Олимпиады снова получил шанс, которым сумел воспользоваться. А уже после финала на банкете Бышовец спросил: «Норбик, пивко-то тогда твое было?» — «Анатолий Федорович, клянусь, не мое». — «Ладно, — отмахнулся он, — сейчас можно. Заслужили».

БОЛЬШОЙ И МАЛЕНЬКИЙ

— Верите, что 15 лет прошло?

— Нет. Помню все, словно вчера было. Как прибавляли от матча к матчу. Как итальянцев в полуфинале дожали. Как Бышовец накануне финала крылатую уже фразу произнес: «Серебро — это хорошо. Но по-настоящему блестит только золото…» Тот гол Италии, конечно, в карьере самый важный. Эффектно вышло — после паса Добровольского под острым углом сильно пробил «шведкой», подловив вратаря на противоходе. Мяч по диагонали перечертил штрафную и влетел впритирку со штангой. Витя Лосев, который теперь юношескую сборную России тренирует, рассказывал, что молодежи мой гол в пример ставит: «Вот как бить надо!» (Смеется.) Итальянцы, кстати, косили нас тогда безбожно. Мне голеностоп отмолотили так, что финал, думал, с трибуны смотреть придется. Нога распухла, бутсу еле натянул. С бразильцами меня хватило на тайм. Может, и к лучшему. Ведь именно вместо меня вышел Юра Савичев…

— Как победу отметили?

— Как полагается. На теплоходе «Михаил Шолохов», где и готовились к финальному матчу, нам устроили шикарный прием. Я не большой любитель выпить, но здесь позволил себе расслабиться. Если не в такой день — то когда? На другой вечер поехали в олимпийскую деревню поздравлять наших баскетболистов, которые тоже выиграли золотые медали. А я дружил с Сабонисом и Куртинайтисом. Сабас увидел меня и говорит: «Ну, маленький, пошли». Заходим в лифт — Сабонис, Хомичюс, Куртинайтис, Гомельский и я. «Маленький, сколько вы получите?» — спросил Арвидас. «Вроде по шесть с половиной тысяч долларов обещали». — «Сколько?! — воскликнул он. — Нам по две четыреста должны заплатить…» После чего повернулся к Гомельскому: «Папа, где справедливость? Вот эти огрызки получат по 6500, а мы, нормальные, большие люди, — по 2400?» Впрочем, это не помешало нам душевно посидеть. Массажист сборной с огромным баулом три раза в магазин бегал. А пойти на официальную церемонию закрытия Игр из баскетболистов силы нашлись у одного Тараканова…

ЧЕРКИЗОВСКИЙ ТРАНЗИТ

Концовка следующего сезона сулила немало приятных перемен. Приглашала «Сарагоса». Валерий Лобановский вызывал в сборную СССР, давая понять, что рассчитывает на него на предстоящем чемпионате мира в Италии. Оттого новость о выходе литовских команд из союзного первенства стала сродни нокауту. И ни «Сарагосы», ни Италии…

— Мы с Вальдасом Иванаускасом успели побывать со сборной в Чокко, где Лобановский любил готовить команду. Он не скрывал, что собирается включить нас в заявку на чемпионат мира. Но весной 90-го все рухнуло. Для меня решение наших политиков было похоже на то, как взрослый бьет маленького ребенка. А тот ничего не может сделать… Литва еще не была членом УЕФА, трансферы наши находились в Москве — в Федерации футбола СССР. Поэтому вариант с «Сарагосой» отпал. Зато нас ожидал сильнейший чемпионат стран Балтии, где за полгода в ворота соперников мы забили около 200 мячей, а пропустили то ли два, то ли три.

Игроки от сомнительной перспективы бросились наутек. Для советского эмигранта промежуточным пунктом, своего рода буфером, между западной и восточной стеной была Вена. Для футболистов «Жальгириса» таким местом стал московский «Локомотив». Об этом Зелькявичюс договорился со своим приятелем Юрием Семиным. К взаимному, надо полагать, удовольствию. «Локомотив», мечтавший выбраться из дебрей первой лиги, получил солидное подкрепление. Литовцы же спустя некоторое время тихо-мирно отъехали за рубеж.

Нарбековас вместе с Иванаускасом высадились в Москве одними из первых. Через несколько месяцев им предложила контракт «Аустрия». В Австрии заканчивался период дозаявок, а у «Локомотива» на носу были переходные матчи с «Ротором» за путевку в высший свет. Но Семин, человек слова, скрепя сердце дал игрокам вольную. А «Ротор» его команда сумела пройти и без них.

«ЗОЛОТОЕ ВРЕМЕЧКО» В ВЕНЕ

О том, что Австрия станет для него, по сути, второй родиной, Нарбековас даже не помышлял. Жили, говорит, от контракта до контракта. Первый год вообще каждый день, как Робинзоны, ставили с женой галочки, считая дни до отпуска в Литву. Когда в клубе, пытавшемся из-за лимита урезать число легионеров, мягко намекнули на возможность поменять гражданство, негодованию Арминаса не было предела: «Мне домой возвращаться. Что я там с вашим паспортом делать буду?!" Компромисс все-таки нашли. И теперь Нарбековас гражданин двух стран — Австрии и Литвы.

— Но там мы все равно чужие. Сколько раз слышал по телевизору, как пожилые австрийцы и немцы говорили: «Лучше с собакой пойти погулять, чем общаться с человеком из Восточной Европы». В Австрии между людьми очень холодные отношения. Каждый сам по себе. Есть свой мирок — дом, семья, работа, — а кругом хоть трава не расти. Отрадно удивило, пожалуй, лишь то, что после игры футболисты запросто с тренером могут и по кружке пива пропустить, и покурить. Никто ни от кого не прячется. Главное — что ты собой представляешь на поле. А за его пределами до тебя никому дела нет. Развлекайся, как хочешь.

«Золотое было времечко», — отзывается Нарбековас об «Аустрии» начала 90-х. Три года подряд команда побеждала в чемпионате. Один раз в придачу с Кубком. Боссы клуба в литовцах души не чаяли — мало того, что достались за бесценок и здорово играли, так еще получали едва ли не меньше всех. Явление среди советских легионеров той волны, к сожалению, весьма распространенное.

— Первый нормальный контракт в Австрии я подписал только на пятый сезон. А до этого с Вальдасом играли, можно сказать, за «спасибо». По австрийским, разумеется, меркам. Договор с «Аустрией» заключали на два года. Но затем выяснилось, что при желании клуба он автоматически продлевается еще на два сезона. На тех же условиях. Евгений Милевский, бывший игрок «Даугавы», давно осевший в Австрии, «постарался». Когда заключали соглашение, он был нашим переводчиком, но об этом пункте почему-то не упомянул. Хорошо еще президент «Аустрии» после чемпионства и выигрыша Кубка на радостях выписал нам с Иванаускасом чек на сумму намного выше той, что причиталась по бумажке, гордо именуемой контрактом…

С Иванаускасом вскоре их дороги разошлись. Вальдас пошел на повышение — в «Гамбург». Был шанс уехать в те края и у Нарбековаса. Но судьба, словно в насмешку, дважды опускала шлагбаум в последний момент.

— Сначала звали в «Вердер». Отто Рехагель специально приехал на венское дерби «Аустрия» — «Рапид» меня просматривать. Я же на последней тренировке порвал мышцу И Рехагель, которому позарез был нужен атакующий полузащитник, взял Херцога из «Рапида»… Позже на сборах в Америке мы леверкузенский «Байер» под орех разделали — 3:0. Я две отдал, один забил. Немцы тотчас с «Аустрией» в переговоры по мою душу вступили. Все к переезду шло, но я опять умудрился мышцу порвать. Ту же самую. Операция, восстановление. В Леверкузене ждать не стали.

ЛУЧШИЙ ЗА ПОЛВЕКА

После «Аустрии», где провел шесть лет, команды сменялись, будто пейзаж за окошком поезда — «Адмира-Ваккер», «Санкт-Пельтен», снова «Адмира», «Хундсхайм», «Винершпортклуб»… И впрямь — от контракта до контракта. Как от станции до станции. Неумолимо приближаясь к конечной остановке.

— «Винершпортклуб» полвека назад считался лучшей командой Австрии. Но в дальнейшем скатился до любительского уровня. Шел туда, если честно, доигрывать. Кто бы думал, что за три сезона мы из пятого дивизиона сенсационно перепрыгнем во второй. Там я прошлый год и отыграл. Бегать уже тяжеловато, так что переквалифицировался в либеро. По-моему, успешно. По крайней мере в 37 лет меня признали лучшим футболистом и защитником региональной лиги. Мелочь, конечно, на фоне Олимпийских игр, а приятно…

Тем временем УЕФА к своему полувековому юбилею предложил каждой европейской футбольной ассоциации выбрать лучшего игрока своей страны за последние 50 лет. Литва назвала Нарбековаса. Неужели кто-то сомневался? Разве что сам герой литовского народа…

— У нас в «Жальгирисе» была потрясающая плеяда игроков, многие из них заслуживали такой чести. Поверьте, я не лукавлю. Решение федерации для меня огромный сюрприз. Получается, не зря играл.

С этого сезона Нарбековас снова опустился в пятый дивизион — в клуб с замысловатым названием «Гросвайкерсдорф». Подвигов, подобных тем, что вершила его предыдущая команда, от нового коллектива не ждет. Но жизнью, кажется, и без того вполне доволен.

— Если здоровье позволяет, почему еще не поиграть? Параллельно готовлю себя к новой жизни. Недавно получил тренерскую лицензию, которая позволяет работать во всех местных клубах, за исключением элиты. Понимаю, иностранцу трудоустроиться сложнее, но если связи есть — все упрощается. А с этим почти за полтора десятка лет у меня в Австрии, считаю, порядок. В общем, надеюсь, не пропаду.

Возвращение в Литву в его планы пока что не входит. Пару недель отпуска хватает за глаза, чтобы обратно в Вену потянуло.

— За годы нашего отсутствия Литва очень изменилась. Сейчас это совершенно другая страна. В Австрии нам как-то привычнее. К тому же дети подрастают, хотим приличное образование им дать. Дочке 8 лет, сыну в апреле 18. Тоже Арминас, тоже футболист. Защитник. В юношеской команде «Аустрии» играет. Данные, на мой взгляд, неплохие, а вот характер… Западный у него уже менталитет. А тамошняя детвора чересчур в тепличных условиях воспитывается. Когда трудно и надо что-то сделать через не могу — сразу лапки кверху. Предпочитают отойти в сторонку. Меня это страшно злит. Помню, разговорились с Сашей Метлицким. «Почему так происходит? — недоумевал я. — Ведь мы совсем другие». — «Что ты хочешь, — ответил он. — Мы голодные были, а у этих все есть…»

Александр КРУЖКОВ. «Спорт-Экспресс», 26.03.2004

ПЕРВАЯ ОЛИМП НЕОФИЦ ДАТА МАТЧ ПОЛЕ
и г и г и г
    1       28.10.1987    ШВЕЙЦАРИЯ - СССР - 2:4 г
    2       18.09.1988    КОРЕЯ - СССР - 0:0 г
    3       20.09.1988    АРГЕНТИНА - СССР - 1:2 н
    4 1     22.09.1988    США - СССР - 2:4  н
    5       25.09.1988    АВСТРАЛИЯ - СССР - 0:3 н
    6 2     27.09.1988    ИТАЛИЯ - СССР - 2:3  н
    7       01.10.1988    БРАЗИЛИЯ - СССР - 1:2 н
ПЕРВАЯ ОЛИМП НЕОФИЦ  
и г и г и г
7 2
на главную
матчи  соперники  игроки  тренеры
вверх

© Сборная России по футболу


 
Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru